Между литературным языком и диалектом устанавливается ряд принципиальных отличий. Если литературный язык характеризуется сложным взаимодействием письменной и устной форм, то диалекты, в основном, тяготеют к сфере устной речи. В функциональном отношении литературный язык отличается всеобъемлющим характером. Это язык культуры, науки, публицистики, основа языка художественной литературы. Диалекты же используются, главным образом, в рамках обиходно-бытового общения. В отличие от диалектов, литературный язык характеризуется целенаправленным отбором языковых фактов, регулируемых нормой. В ряде случаев литературный язык может выступать в качестве интердиалекта, т. е. служить целям междиалектного общения.

Отсюда можно сделать вывод о доминирующей роли нормированного литературного языка в современном обществе. Будучи воплощением общенародного образца, литературный язык оказывает значительное влияние не только на письменную, но и на устную речь самых широких слоев населения. В связи с этим диалектные явления воспринимаются как отклонения от нормы. Не случайно литературный язык иногда обозначается в лингвистической литературе термином «престижный диалект» (Francis, 1958), подчеркивающим его социальную значимость, или термином «стандартный язык» (Брозович, 1967), подчеркивающим его нормированный характер.

В свете вышеизложенного становится ясной вся беспочвенность утверждения о том, что АЕ является диалектом BE. Прежде всего, следует иметь в виду, что языковые явления, характерные для АЕ, распадаются на две категории. К первой категории относятся, например, сочетания глагола want с in, off, out типа to want in вместо to want to go in, дифтонг [91] в словах типа bird, форма hadn't ought, French harp вместо harmonica и др. Все эти явления более или менее четко локализованы, носят явно диалектальный характер и лежат за пределами литературных норм. Ко второй категории относятся такие явления, как ретрофлексное [г] в bird, словоформы типа gotten, слова aluminum, sidewalk и др. Эти явления вполне согласуются с литературными нормами АЕ, хотя и противоречат нормам, действующим в пределах ареала BE.

Отсюда становится ясным, что различительные признаки английского языка в Америке охватывают не только диалектные явления, но и явления литературного языка. Характерно в этом смысле разное соотношение между этими явлениями в Англии и США. Так, например, в США прошедшая форма глагола to eat — ate обычно произносится [eit], а произношение [et] рассматривается как нарушение литературной нормы. В Англии же, как известно, стандартной формой является [et], a [eit] воспринимается как произношение, противоречащее норме (Marck- wardt, Quirk, 1964). Такого рода переоценка одних и тех же явлений с точки зрения их принадлежности к литературному языку весьма характерна для расхождений, наблюдаемых между АЕ и BE.