Выше было определено, что к этому типу содержания относится та его часть, которая 1) либо вообще не вытекает из значений языковых знаков или иных (как в случае с внутриязыковым содержанием), их свойств, 2) либо выводится из значений языковых знаков с помощью своего рода догадки, умения за первым планом содержания увидеть его второй план.

1) Первая разновидность содержания на уровне интерпретатора - представляет собой своего рода намек на обстоятельства или события, известные адресату текста, или неявную ссылку на известные литературные произведения их героев и т. п. Отправитель текста при этом рассчитывает, что адресат сам дополнит «недостающую» (данную лишь намеком) часть содержания, почерпнув ее либо из своего общекультурного багажа (знание истории, литературы, нравов, обычаев), либо из хроники текущих событий (из газет, радио- и телепередач, слухов, популярных анекдотов и т.п.).

2)
Обычный (не имеющий соответствующей лингвострановедческой подготовки) адресат перевода не может самостоятельно «расшифровать» намек, дополнив «от себя» текст «недостающим» (подразумеваемым) содержанием. гак как у него нет необходимой культурно-исторической или актуально-событийной информации. Следовательно, ему должен в этом помочь переводчик, поскольку общественное предназначение перевода как раз и состоит в том, чтобы создать для адресата перевода равные с адресатом оригинала возможности для смысловой интерпретации текста. На практике это означает, что переводчик должен тем или иным способом преобразовать неявное (подразумеваемое) содержание в содержание явное, то есть выраженное с помощью языковых знаков.

Для этого есть два пути. Первый из них - компенсировать «недостающее» содержание с помощью примечания переводчика (приема, известного нам из раздела, посвященного переводу безэквивалентной лексики).

Например:
Mit der Rute zeichnete Werner eine unsichtbare Linie auf dem Wasser nach. "Die Grenze ist hier festgelegt durch die alte preußische Provinzteilung. Sie wurde fünfundvierzig bei der Bildung der Westsektoren übernommen. "

Достоинства и недостатки каждого из двух способов решения проблемы неравенства преинформационных запасов у носителей ИЯ и носителей ПЯ достаточно очевидны. Примечания переводчика позволяют в наибольшей мере сохранить идентичность авторской речи. Это особо важно, когда переводятся тексты, предназначенные для семантически однозначной фиксации определенного содержания (договоры, соглашения, обязательства, законы, распоряжения, уставы). Жанр этих текстов требует, чтобы переводчик держался как можно ближе к семантике оригинала, ибо даже «невинные» на первый взгляд семантические отклонения от оригинала способны при переводе текстов этого жанра привести к негативным последствиям . Поэтому введение подразумеваемого содержания непосредственно в текст в подобных случаях неуместно. Сказанное относится также и к переводу' текстов, которые в силу их общественной значимости неоднократно анализируются, цитируются, служат источником для ссылок и для оценок прошлых, настоящих или планируемых событий (политические заявления, мемуары и другие исторические свидетельства, высказывания авторитетных деятелей, религиозные тексты). В этих случаях такое масштабное отступление от оригинала, каковым является введение подразумеваемого содержания непосредственно в текст перевода, позволяет автору оригинала или критикам перевода с полным основанием сказать, что автор такого не говорил1. Позволяя в максимальной мере сохранить идентичность авторской речи, примечания переводчика в то же самое время разрушают целостность восприятия переводного текста. Ведь по своей сути примечания есть ничто иное, как отдельные (небольшие) тексты, перебивающие восприятие переводного текста - переключающие на какое-то время восприятие адресата перевода на себя, после чего тот вновь должен вернуться к основному тексту. Наиболее отрицательно это сказывается на восприятии текстов, рассчитанных на эмоциональный и эстетический эффект (стихи, художественная литература, публицистические тексты.) Именно поэтому, издательские редакторы обычно противятся включению примечаний переводчика в переводы художественной прозы. Хотя очевидно, что порой без них не обойтись.